История самой странной японской игровой приставки

1980-е были лучшей эпохой для игровых консолей: их появилась целая россыпь, и каждый хотел выкатить свой продукт, вдохновлённый продажами успешных приставок. Япония, безусловно, лидировала, но помимо шедевров там были также и грандиозные провалы.

Консольное десятилетие

Gakken — большая и могучая, да ещё и с богатой «родословной»! История её начинается с 1946 года, когда она вышла на японский рынок с образовательными книгами и развивающими игрушками. Почти за четыре десятилетия существования из скромного офиса она переехала в упирающуюся в японский небосвод штаб-квартиру и могла считаться чистокровной — от фундамента до радиошпиля на крыше — дзайбацу-корпорацией.

Зеркальная башня Gakken. Источник.

Но, как известно, в корпоративном мире нельзя почивать на лаврах, и Gakken срочно нужно было искать новые ниши, горизонты, золотые жилы. И тут в стране как раз началось «консольное десятилетие», хотя первая национальная видеоприставка Epoch TV Tennis Electrotennis увидела свет ещё аж в 1975 году.

Epoch TV Tennis Electrotennis. Источник.

У конкурирующей Epoch вообще дела шли отлично, особенно когда она выпустила консоль Cassette Vision. Её главный инженер по заданию руководства сделал акцент на картриджной архитектуре, так как приставка с одной-единственной вшитой внутрь игрой уже выглядела как пережиток прошлого.

Да и потом, с картриджами можно было удешевить производство консоли, что здорово простимулировало бы продажи. Ну и места, как посчитали в мозговом центре Epoch, одна игровая станция будет занимать существенно меньше, чем несколько консолей с одной встроенной игрой.

Epoch Cassette Vision. Источник.

В итоге Cassette Vision стала Фамикомом ещё до появления самого Фамикома. Успех был оглушительный и доселе невиданный: 400 000 штук ушло в народ, и Cassette Vision стала самой массовой приставкой страны, благополучно заняв около 70% японского консольного рынка. Триумф не остался незамеченным, и в Gakken было принято решение повторить золотую формулу.

Теле-мальчик

Вообще, Gakken по части игрушек была весьма и весьма искушённой. В недрах компании появился концепт конструктора «дэнси блок» — «электронные блоки», который иногда называют «Лего для умных». Это легко состыкующиеся между собой кубики, из которых можно собирать рабочие электронные схемы — от простейшего детекторного приёмника до радио или генератора сигналов. Одинаковый «модульный шаг» позволял стыковать детали в любых направлениях — вперёд и назад, влево и вправо.

Тот самый конструктор дэнси. Могли ли они быть вдохновлены “радиокубиками" Вадима Мацкевича? Источник.

В общем, заходили они на игровой рынок не с бухты-барахты и должны были прекрасно понимать психологию и мышление своей целевой аудитории. Архитектуру для приставки было принято скопипастить с Cassette Vision, и вот как она работала.

Gakken Compact Vision TV Boy проектировалась как картриджный аппарат. В отличие от подавляющего большинства консолей, центральный процессор — а это был 8-битный Motorola MC6801 — находился не в самой консоли, а внутри каждого игрового картриджа. 

Процессор Motorola MC6801. Источник.

Этот нюанс, в общем-то, был списан с Cassette Vision, где в картриджи монтировались однокристальные процессоры — или микроконтроллеры, если угодно — NEC μPD777C и μPD778C. Благодаря этому удалось избежать объединения ЦПУ и ПЗУ одной общей шиной: в противном случае такой ход с тогдашним железом мог привести к частым неполадкам в работе приставки.

NEC μPD777C. Источник.

В корпусе «Теле-мальчика» размещались видеопроцессор Motorola MC6847, 2 КБ оперативной памяти, радиочастотный модулятор для подключения к телевизору и однобитный ЦАП для звука. Иными словами, сама консоль выполняла роль видеотерминала и блока питания, а каждый картридж был по своей сути… мини-компьютером, пускай и не способным работать автономно.

Но если архитектура железа была организована остроумно и старалась выжать лучшее из технологий того времени, то интерактивный компонент приставки, мягко говоря, вызывал недоумение.

Проблема в том, что управление строилось на встроенном контроллере Т-образной формы, который нельзя было назвать ни джойстиком в привычном смысле, ни даже геймпадом. Управление было устроено асимметрично, и геймеру приходилось левой рукой держать рукоять, а правой работать с четырёхпозиционным рычагом. Кнопки A, B и Start были расположены так, что на них можно было нажимать большими пальцами обеих рук.

Gakken Compact Vision TV Boy со своим странным контроллером. Источник.

Разумеется, контроллер из приставки не вынимался от слова совсем. И если ребёнку ещё можно было пользоваться им без ощутимого дискомфорта, то игроку повзрослее приходилось неудобно скрючиваться или играть лёжа по-пластунски. А это не очень-то и способствует собранности и нормальной реакции. Мультиплеер, кстати, отсутствовал как класс, если не считать за таковой возможность для двух игроков играть по очереди.

Источник.

Технические характеристики «Теле-мальчика» были скромны даже по меркам 1983 года. Видеопроцессор MC6847 обеспечивал разрешение 128×192 пикселя и палитру всего лишь из 9 цветов, причём одновременно на экране могли отображаться не более четырёх. Звук генерировался простым однобитным ЦАПом, который мы упоминали выше, и представлял собой в основном прямоугольные волны с затуханием динамики — чтобы чудная музыка не сильно сверлила голову.

Для вывода изображения на телевизор использовался радиочастотный модулятор с выбором канала, а питание осуществлялось через внешний адаптер на 7,5 вольта. Вот таким он парнем был! И с такими разношёрстными качествами Gakken TV Boy предстояло завоевать Японию.

Теле-мальчик выходит в свет

Октябрь 1983 года был назначен временем Ч. Gakken рекламировала своё детище, обещая незабываемое веселье в компании с приставкой, и, вероятно, благодаря накопленному за десятилетия кредиту доверия корпорация смогла обратить какое-то внимание на свою дебютную консоль.

Источник.

Но вот соответствовать обещаниям у Gakken TV Boy получилось крайне туго. Всего для неё было выпущено целых шесть игр, типичных для своего времени, но не очень-то и увлекательных. И это при том, что у конкурентов были куда более остросюжетные вещи вроде Donkey Kong, а до выхода «Супербратьев Марио» оставалось всего два года.

Итак, к приставке предлагались шесть картриджей, каждый из которых стоил 3800 иен. Среди них были Excite Invader — вариация Space Invaders с вертикальной ориентацией экрана, Mr. Bomb, срисованный с игры Kaboom! для Atari 2600, Robotan Wars, порт Super Cobra от Konami, Frogger и Shigaisen 200X-nen, посвящённая танчикам в лабиринте.

Коробка от Shigaisen 200X-nen. Источник.

Невероятная графика. Источник.

Итак, в октябре Gakken TV Boy десантировался на японские прилавки по цене всего лишь в 8800 йен, или около 37 долларов по тогдашнему курсу. Цена была и правда невысокая, и, видимо, Gakken рассчитывала «добрать кассу» за счёт своего игрового каталога.

Клон Space Invaders для Gakken TV Boy. Источник.

Тем не менее это был провал. Необычный дизайн и правда привлекал внимание, но после тестового обката потенциальный покупатель понимал, что забирать к себе домой на ПМЖ столь отвратительно сделанную консоль он не захочет. И это было полбеды.

Коробка от Robotan Wars. Источник.

Ранее в этом же году, а конкретно 15 июля 1983 года, состоялось знаковое событие в мире игровых приставок: свет увидели Nintendo Famicom и Sega SG-1000 — домашние консоли двух брендов, которым будет суждено поделить мир между собой в 80-е и начале 90-х. На фоне этих монстров Gakken TV Boy смотрелся, мягко говоря, нелепо, и продвижению это не способствовало. Мы даже не знаем, сколько штук было продано, но, судя по всему, тираж был очень-очень маленьким.

Заклятые конкуренты рядом друг с другом. Источник.

В итоге в продаже «Теле-мальчик» пробыл около года, а затем, гонимый безысходностью, нырнул в леденящую Лету. Исчезновение Gakken TV Boy из магазинов заметило ещё меньшее количество людей, чем его появление. 

Компания вынесла горькие уроки и навсегда покинула приставочный бизнес, сосредоточившись на том, что у неё получалось лучше всего, — на образовательных игрушках. Ну а сам «Теле-мальчик» сегодня стал раритетом, и его активно ищут коллекционеры: на eBay такие приставки доходят в цене до пятисот долларов, а картриджи могут добирать до двухсот с лишним.