The Jerusalem PostOdds rise of Trump-Kim meeting on APEC sidelines, analysts sayInquirer6 hurt after truck crashes into warehouse in Benguet townPunchObasa celebrates son’s LG chairman of the year awardDaily MaverickSomaliland briefly detains Americans accused of threatening national securityInquirer EntertainmentBINI, SB19 celebrate historic Grammy nominationsESPN CricinfoMS Dhoni ends IPL career, joins CSK as mentorZDF heuteAktuelle Pressemitteilungen des ZDFObservador DesportoPrisão preventiva para jovem suspeita de matar senhorio20 Minuten«Dauert noch»: Lena Meyer-Landrut meldet sich nach FunkstilleKhaosod EnglishThailand plans 100,000-seat stadium in Chonburi sports complexAntara NewsIndonesia aims to boost community businesses through social forestryPremium TimesPlateau records 5,457 suspected diabetes cases in nine months
The Daily Newsstand · Free, Always
Tuesday, November 17, 2026

[Перевод] Пульсометр в часах за 249 рупий выдавал случайное число. Я написал для них свою прошивку

Translate

Я вскрыл ещё одни дешёвые китайские смарт-часы FitPro. Прошлые были на TLSR8232, их я разбирал ради идеи велонавигатора. Эти куплены для другого проекта: паяльника-ручки с жалом T12 и питанием по USB-C PD.

Я перечитал разбор браслета M6 от rbaron, и длинный узкий экран браслета показался мне ровно того размера, чтобы встать на бок ручки. Ещё у браслета есть датчик наклона, сенсорная кнопка и несколько GPIO, выведенных на тестовые площадки (RX, TX и другие). Экран, кнопка, датчик движения и BLE, уже собранные вместе, по цене хорошего обеда. Если прищуриться, это отладочная плата.

Плата часов LP715 и её экран 80x160 с собственным графическим тестом на тёмном верстаке

Плата часов LP715 и её экран 80x160 с собственным графическим тестом на тёмном верстаке

Цена та же, кремний другой

Я поискал браслеты в стиле M6 и нашёл на JioMart за те же 249 рупий, что и прошлые часы.

Объявление на JioMart: браслет Morden M6 за 249 рупий, в корзине две штуки

Объявление на JioMart: браслет Morden M6 за 249 рупий, в корзине две штуки

249 рупий вместо выдуманных 1999. В корзине две штуки: одних часов на один взлом мне ещё ни разу не хватало.

Несколько недель они пролежали в корзине, потом я всё-таки оформил заказ. Пришли две коробки, одна с маркой Melbon, другая Morden, на обеих крупно написано «M6». Я не присмотрелся и не заметил, что это две разные модели. Вскрыл Melbon, а Morden отправился на полку до лучших времён.

Две коробки браслетов M6, Melbon и Morden

Две коробки браслетов M6, Melbon и Morden

Две коробки, две марки и, как выяснилось много позже, двое разных часов.

Я решил, что внутри та же платформа TLSR8232, что и в прошлый раз, зарядил Melbon несколько часов, посмотрел на штатный циферблат и вскрыл корпус.

Штатная прошивка FitPro: 12:37, дата 01/01 WED, 231 шаг

Штатная прошивка FitPro: 12:37, дата 01/01 WED, 231 шаг

Штатный циферблат, в последний раз в жизни. Дата 01/01, потому что часы так и не связали с приложением на телефоне.

Это был не TLSR8232. На чипе было написано PHY6222QC: BLE 5 SoC от Phyplus с ядром Cortex-M0 и 512 КБ флеш-памяти. В прошлый раз «не тот чип» означал возврат денег. Но это название я уже где-то видел. Амир (amir1387aht), тот самый, чья библиотека дисплея выручила меня в прошлый раз, уже взломал часы на PHY6222 и выложил рабочий SDK в репозитории phy6222_smartwatch. Кремниевая лотерея, второй тираж, и на этот раз утешительный приз шёл вместе с тулчейном.

Часы в разобранном виде: плата, аккумулятор, вибромотор и экран

Часы в разобранном виде: плата, аккумулятор, вибромотор и экран

Без корпуса: плата, аккумулятор, вибромотор и экран.

PHY6222QC на плате часов крупным планом

PHY6222QC на плате часов крупным планом

PHY6222QC в центре, рядом кварц на 16 МГц, а кварца на 32 кГц нет нигде. Эта деталь всплывёт намного позже.

На плате маркировка LP715_MB_V1.3, а штатная прошивка называет себя LP715(D). Значит, это FitPro LP715, близкий родственник LT715, который я уже взламывал, только с совсем другим чипом внутри.

UART-загрузчик и вывод сброса, которого у меня не было

В одном важном отношении PHY6222 дружелюбнее TLSR8232: в его ПЗУ есть загрузчик по UART. Не нужен ни самодельный программатор, ни однопроводной протокол, ни Blue Pill. Достаточно RX, TX, GND и линии сброса, а скрипт rdwr_phy62x2.py от pvvx (он лежит в репозитории Амира) общается с ПЗУ напрямую.

Тестовые площадки разбросаны по обеим сторонам платы. RX, TM и EN на обратной стороне, рядом с разъёмом дисплея; TX, GND и VCC3V на лицевой, за дисплеем.

Обратная сторона платы часов с площадками RX, HR, TM, EN и VBUS

Обратная сторона платы часов с площадками RX, HR, TM, EN и VBUS

Обратная сторона платы: площадки RX, HR, TM, EN и VBUS.

Площадки TX, GND и VCC3V на лицевой стороне платы

Площадки TX, GND и VCC3V на лицевой стороне платы

Другая сторона: TX, GND и VCC3V.

Загвоздка была в сбросе. Я осмотрел свой USB-UART-адаптер на FTDI в поисках вывода с подписью RST, ничего не нашёл и спросил у ChatGPT, как быть. После его ответа я запутался ещё сильнее. Поэтому я припаял тонкий эмалированный провод к RX, TX, GND и VCC, сброс пропустил и попробовал так:

python rdwr_phy62x2.py -p /dev/ttyUSB0 -b 115200 i
=========================================================
PHY62x2 Utility version 11.03.24
---------------------------------------------------------
Connecting...
PHY62x2 - Error Reset!
Check connection TX->RX, RX<-TX, RTS->RESET and Chip Power!

В сообщении об ошибке уже сказано, что RTS идёт на RESET, но сам скрипт объясняет всю последовательность лучше любого ответа, который я получил:

self._port.setDTR(True) #TM   (lo)
self._port.setRTS(True) #RSTN (lo)
time.sleep(0.1)
self._port.flushOutput()
self._port.flushInput()
time.sleep(0.1)
self._port.setDTR(False) #TM  (hi)
self._port.setRTS(False) #RSTN (hi)

DTR управляет выводом TM (тестовый режим), RTS управляет сбросом чипа, и оба вместе уходят в низкий уровень, ждут и вместе поднимаются. Чтобы попасть в загрузчик, они двигаются синхронно, так что DTR, который на моём адаптере выведен на гребёнку, может заменить линию сброса. В репозитории Амира есть фото, где отмечен конденсатор на линии сброса чипа. Я припаял ещё один провод к этому конденсатору, подключил его к DTR и запустил ту же команду:

python rdwr_phy62x2.py -p /dev/ttyUSB0 -b 115200 i
=========================================================
PHY62x2 Utility version 11.03.24
---------------------------------------------------------
Connecting...
PHY62x2 - Reset Ok
Revision: b'001360eb 6222M005'
FlashID: 1360eb, size: 512 kbytes
PHY62x2 - connected Ok
Flash Status: 0x00
Flash Serial Number: 1120031301040812

Один позаимствованный вывод, а в прошлый раз на это ушёл целый день созерцания ff ff ff ff.

Только потом я заметил, что вывод RTS на адаптере был с самого начала. Он в ряду площадок по нижнему краю, куда я так и не припаял гребёнку, а я всё это время искал на шелкографии «RST». Три буквы, и две из них совпадали.

Распиновка USB-UART-модуля FT232RL: DTR, RX, TX, VCC, CTS и GND на гребёнке, RTS в нижнем ряду площадок

Распиновка USB-UART-модуля FT232RL: DTR, RX, TX, VCC, CTS и GND на гребёнке, RTS в нижнем ряду площадок

Мой модуль FT232RL. DTR выведен на гребёнку, а RTS — голая площадка в нижнем ряду, подписанная буквами R, T и S, именно в таком порядке.

Позже я развёл TM и сброс на отдельные линии: как только хочешь запускать прошивку, разница становится важной. Один и тот же импульс сброса либо запускает приложение, либо оставляет чип в загрузчике ПЗУ, в зависимости от уровня TM во время сброса.

Эмалированные провода, припаянные к лицевой стороне платы

Эмалированные провода, припаянные к лицевой стороне платы

Эмалированный провод на лицевой стороне платы.

Эмалированные провода на обратной стороне платы

Эмалированные провода на обратной стороне платы

И на обратной, рядом с площадками RX и TM.

Тридцать пять минут на 512 КБ

Правило с прошлого раза: прежде чем что-то прошивать, сними дамп флеша. Чтение шло мучительно медленно. Я остановил первую попытку, поднял скорость до 200000 бод, и всё равно 512 КБ читались около 35 минут.

Скорость порта узким местом не была. Команда чтения в rdwr_phy62x2.py забирает флеш по одному 32-битному слову за запрос: отправить команду, дождаться, пока ПЗУ ответит четырьмя байтами, повторить. 512 КБ — это 131 072 обмена, и 35 минут, поделённые на это число, дают около 16 мс на каждый. Время уходит на задержки UART и опроса USB; пропускная способность тут ни при чём. Повышение скорости сокращает ту часть обмена, которая и так была короткой.

Я снял дамп дважды, в разные дни, чтобы было что сравнить. Дампы отличались ровно в 13 байтах, и все они лежали в секторе по адресу 0x7b000. Там штатная прошивка держит небольшое хранилище настроек в виде журнала: у одной записи заголовок сменился с 0x8e (действительна) на 0x8c (устарела), а после неё дописалась идентичная копия. Каждый изменившийся бит перешёл из 1 в 0, а именно так выглядит запись во флеш без стирания. Значит, оба дампа были в порядке, просто часы в промежутке сохранили настройки.

Как шла работа и кто печатал

Дальше большую часть работы я делал с Claude Code, и хочу точно описать, как это выглядело, потому что это не было «ИИ пишет прошивку».

Claude Code собирал прошивку в Docker, прошивал её через rdwr_phy62x2.py и читал обратно лог с UART. Я делал то, чего не сделает никакой инструмент: нажимал кнопку, смотрел на экран, проверял, зажужжал ли мотор, и докладывал. «Экран тусклый» и «перезагружается снова и снова» — это реальные сообщения, которые я отправлял.

Второй половиной была штатная прошивка. Claude запускал Ghidra в headless-режиме с несколькими скриптами на Java, которые настраивали карту памяти PHY6222 и подгружали символы ПЗУ, и большая часть того, что описано ниже, получена чтением штатного кода, без догадок.

Восстановление, которое всё стёрло

Резервная копия становится резервной копией, только когда из неё что-то восстановили. У rdwr_phy62x2.py есть команда записи we, так что первым тестом я записал штатный дамп обратно.

Она стёрла все восемь блоков по 64 КБ и зависла. Часы стали пустыми.

Чтение скрипта объяснило обе проблемы. Перед программированием ПЗУ нужны две команды настройки флеша (spifs 0 1 3 0 и sfmod 2 2), и отправляет их только путь записи из hex-файла (wh). Команда we их пропускает, поэтому ПЗУ принимает данные и так и не отвечает. Хуже того, we передаёт в качестве буфера в ОЗУ для каждого блока адрес 0x1FFF0000 + смещение, а в начале этой области ОЗУ лежат собственные переменные ПЗУ. На смещениях около нуля инструмент затирал тот самый загрузчик, с которым разговаривал.

Поэтому в репозитории появился свой restore_full.py. Он отправляет команды настройки, складывает каждый блок в буфер ОЗУ по адресу 0x1FFF8000, которым больше ничто не пользуется, сверяет контрольную сумму ПЗУ для каждого блока и продолжает с нужного смещения, когда связь подвисает (на 500000 бод это время от времени случается). Первое полное восстановление проверили обратным чтением 1403 слов из разных мест флеша, расхождений ноль. С этого момента проект перестал быть страшным.

Таблица загрузки указывала не туда

Загрузка дампа в Ghidra тоже не обошлась без обходного пути. Код загрузки в ПЗУ берёт таблицу по адресу флеша 0x2000, где перечислены сегменты для копирования из флеша в ОЗУ, поэтому очевидно было загрузить эти сегменты и начать читать. Но так код дисплея не складывался: у функции инициализации SPI вообще не оказалось вызывающих.

Выяснилось, что таблица загрузки грузит не приложение часов. Она грузит загрузчик, а у загрузчика своя таблица по адресу 0x3000 с описанием приложения: одиннадцать разделов, восемь из них выполняются прямо из флеша, а три копируются в ОЗУ с базового смещения, которое в таблице не указано. Базу нашли перебором: подставить каждого кандидата, пройти по переходникам-заглушкам (veneer), через которые приложение прыгает из флеша в ОЗУ, и посчитать, сколько из них попадает на пролог функции. Правильная база, флеш 0x11000, привела 13 переходов из 18 на push {..., lr}; у следующего по качеству кандидата было 6. Когда ОЗУ-образ приложения встал на своё место, у «мёртвой» инициализации SPI снова появились вызывающие.

Этот загрузчик оказался самой полезной вещью на чипе. Запомните его.

Дисплей оказался не тем, которого ждал SDK

В SDK Амира есть драйвер ST7735, потому что в его часах стоит именно такой. У меня экран оставался чёрным. Вместо того чтобы гадать с контроллером, я посмотрел, как его выбирает штатная прошивка, и выяснилось, что она тоже не знает заранее. При загрузке она программно, дёргая выводы SPI, посылает команду 0x04 (прочитать ID дисплея), читает три байта и ищет их в таблице из семи профилей панелей, у каждого из которых своя последовательность инициализации, последовательность засыпания и смещения пикселей:

Профиль

Байты ID панели

Семейство контроллера

0

00 91 06, 00 91 08

GC9106

1

33 30 23 (запасной)

NV3023

2

00 91 07

типа GC9107

3

33 30 25

типа NV3025

4

7C 89 F0 и ещё четыре

ST7735S

5

00 91 09

типа GC9109

6

98 50 00

типа JD9850

Производитель ставит ту панель, которая в этом месяце дешевле, и оставляет прошивке разбираться. Поэтому первой прошивкой, которую я запустил, стал зонд, который делает то же чтение ID, скопированное из штатной процедуры, включая один холостой такт перед данными:

RDDID(04) = 98 50 00
raw 04 no-dummy = 4c 28 00 00
DA DB DC = 31 a0 00

Вторая строка — то же чтение без холостого такта: 4c 28 00 — это 98 50 00, сдвинутое вправо на один бит. Так и видно, что холостой такт действительно нужен и скопирован из штатного кода не из суеверия. Профиль 6, контроллер типа JD9850, 80x160 пикселей. Его последовательность инициализации лежит в штатной прошивке по адресу флеша 0x3815c в виде 16-битных слов (0xff означает, что дальше идёт команда, 0xfe — задержка), так что драйвер использует штатную последовательность, расшифрованную байт в байт. Даташит на JD9850 не понадобился.

Собственный графический тест на часах: LP715, JD9850, цветовой градиент, фигуры и кольцо прогресса

Собственный графический тест на часах: LP715, JD9850, цветовой градиент, фигуры и кольцо прогресса

Графический тест. Графический слой и шрифты — те, что я портировал для часов на TLSR8232, а теперь портировал обратно на SoC, с которого они изначально пришли.

Подсветка тоже преподнесла небольшой сюрприз. Единого вывода включения нет, и штатная прошивка не использует ШИМ. Четыре GPIO (P01, P02, P16, P17) каждый через свой резистор отводят часть тока светодиода, все с активным низким уровнем. Все четыре в нуле — полная яркость, все в единице — подсветка выключена, и только P17 в одиночку заметно подсвечивает экран. Штатная прошивка всегда переключает все четыре разом, поэтому регулировки яркости в ней нет вовсе. Если использовать их как четыре ступени, пять уровней яркости получаются бесплатно.

Карта выводов из штатной прошивки

В прошлый раз каждый вывод стоил мне отдельного сеанса пайки с мультиметром. На этот раз все выводы сначала нашлись в штатном коде, а затем подтвердились на самих часах, по одной маленькой тестовой прошивке на вывод:

Вывод

Назначение

Примечания

P24, P25, P31, P32, P34

RST, DC, CS, SDA, SCL дисплея

SPI0, CS и DC переключаются программно

P01, P02, P16, P17

Подсветка

Четыре стока тока с активным низким уровнем

P11

Сенсорная кнопка

Активный высокий уровень, долгое нажатие 1,5 с, очень долгое 2,5 с

P03

Вибромотор

Активный высокий уровень, крутится только от аккумулятора

P18

Датчик наклона

Шариковый переключатель; акселерометра нет

P14

Напряжение аккумулятора

АЦП через делитель 1/5,5

P15

Детектор зарядки

Достоверен, только пока P23 в нуле

P23

Включение зарядки

Дольше всех не давался

P00

Светодиод «пульса»

Активный низкий уровень

P07

Заводская перемычка теста

Ноль при загрузке включает тестовый режим

Две строки этой таблицы — про честность маркетинга. Акселерометра нет: ни один участок кода не трогает ни один из двух контроллеров I2C, а «датчик движения» — это шариковый переключатель, который дребезжит, когда трясёшь часы, а прошивка считает его срабатывания пачками с таймаутом 350 мс. Датчика пульса тоже нет. Штатная функция «пульс» до 60 секунд мигает зелёным светодиодом на задней крышке, а потом показывает число, выбранное через osal_rand() из таблицы правдоподобных значений. Светодиод настоящий. Измерение — случайное число.

Аккумулятор, который не заряжался

Однажды на ночь я оставил часы подключёнными к адаптеру FTDI с тестовой прошивкой, которая никогда не засыпала, и к утру аккумулятор сел. Я подключил зарядку, часы показали около 3,2 В и так и остались. Зарядка определялась, аккумулятор не заряжался, и какое-то время я был уверен, что убил литиевую банку глубоким разрядом.

Недостающим звеном оказался P23. Штатная прошивка им управляла, моя держала его в нуле, а я записал его в «назначение неясно». Вопрос решил простой тест: при подключённой зарядке переключать P23 каждые 20 секунд и писать в лог напряжение аккумулятора. При P23 в единице напряжение росло с 3366 до 3745 мВ, в нуле проседало, а нижняя точка в фазах с нулём ползла вверх: 3195, 3465, 3591 мВ. P23 включает быструю зарядку. В нуле идёт только слабый подзаряд, поэтому разряженная банка с моей прошивкой и стояла на 3,2 В.

Штатный код показал и то, что останавливать зарядку должна прошивка: она периодически опускает P23, чтобы измерить аккумулятор без нагрузки зарядом, и оставляет его в нуле, когда напряжение покоя доходит до 4088 мВ. Мой charge_poll() делает ровно это каждые 10 секунд: приостановить зарядку, подождать 300 мс, измерить, решить. Банка зарядилась с 3,71 до 4,09 В примерно за 25 минут. Бонус: P15 (детектор зарядки) читается правильно, только пока P23 в нуле, потому что на этой плате без подключённой зарядки P15 повторяет состояние P23. Вывод включения зарядки, который заодно портит вывод детектора зарядки, — это из тех вещей, которые узнаёшь только из прошивки, написанной под эту плату.

BLE и адрес из одних нулей

В SDK Амира BLE-стек хоста есть в исходниках, а штатная прошивка подсказала конфигурацию памяти, с которой он работал: одно соединение, три пакета на передачу и три на приём за событие, куча 8 КБ. Первая сборка с рекламой поднялась, и ни телефон, ни ноутбук её не увидели.

Часы рекламировались с адресом 00:00:00:00:00:00. Код инициализации SDK указывает контроллеру на переменную с адресом устройства и ожидает, что приложение её заполнит, а её никто не заполнял. Настоящий MAC хранится во флеше по адресу 0x4000 (00:D0:42:91:02:00), так что BLE-библиотека теперь копирует его оттуда, а если сектор пуст, подставляет фиксированный запасной. После этого часы появились в списке как «LP715».

Следующей проблемой были соединения, которые рвались через несколько секунд. Причиной оказался мой же отладочный вывод: на повышенном уровне логирования SDK печатает прямо из обработчика прерывания канального уровня, а printf через UART на 115200 бод блокирует там выполнение на 2–3 мс за каждое событие соединения. Этого хватает, чтобы канал не уложился в тайминги и отвалился по таймауту. Возврат уровня логирования на прежний всё исправил.

Затем появился небольшой GATT-сервис: стандартный Battery Service плюс мой собственный сервис с управляющей характеристикой (зажужжать мотором, включить светодиод, задать подсветку) и характеристикой событий, которая присылает уведомления о касаниях, долгих нажатиях и встряхиваниях. Чтобы этим управлять, я написал страницу на Web Bluetooth: один HTML-файл, который открывается с localhost, работает в Chrome и Edge и не требует приложения.

Часы с примером управления по BLE: LP715, connected, battery 75, buzz и shake

Часы с примером управления по BLE: LP715, connected, battery 75, buzz и shake

Пример управления по BLE: состояние соединения, заряд, последняя команда со страницы (buzz) и последнее событие, отправленное на неё (shake).

Страница-пульт на Web Bluetooth, подключённая к часам

Страница-пульт на Web Bluetooth, подключённая к часам

Веб-пульт. Один HTML-файл, без приложения и установки.

Сон и сброс, который никто не смог объяснить

Всё это время процессор не спал ни секунды, из-за чего аккумулятор и сел той ночью. В SDK PHY6222 есть менеджер питания, который усыпляет чип между событиями, и с ним часы перезагружались примерно через 1,2 секунды после начала рекламы.

Я долго гонялся за этой ошибкой и не победил её, поэтому вот честная версия. На 48 МГц каждое пробуждение из сна сбрасывает чип ближе к концу процедуры пробуждения SDK. Отладочные счётчики в регистрах постоянно включённого домена (это единственная память, которая переживает тёплый сброс) сузили место до окна после того, как снова разрешаются прерывания таймера и радио, а точное место сдвигалось по мере добавления кода. Это похоже на прерывание, которое приходит раньше, чем что-то готово. Обработчик отказов SDK так ни разу и не сработал.

На 16 МГц от кварца сон работает. Единственное зависание, которое там оставалось, давал дисплей: блок SPI во сне теряет содержимое регистров, поэтому первое обновление экрана после пробуждения бесконечно ждало бита состояния SPI, который никогда не менялся. Менеджер питания позволяет драйверам регистрировать обработчик пробуждения, и драйвер дисплея теперь через него заново настраивает SPI. Выходным выводам нужна такая же забота — удержание состояния GPIO, иначе во сне все выводы повисают в воздухе. Теперь часы работают на 16 МГц. Заливка всего экрана занимает 64 мс вместо 19 мс на 48 МГц: для часов это неважно, а для любой анимации раздражает.

Беспроводные обновления, позаимствованные у штатной прошивки

До этого каждое обновление шло по эмалированным проводам на тестовых площадках. Это исправил загрузчик, найденный во время возни с Ghidra.

Это собственный OTA-загрузчик из SDK Phyplus, без изменений. Я проверил это дотошно: таблица приложения хранит CRC16 для каждого из одиннадцати разделов, и все одиннадцать совпали с CRC16, посчитанными по штатному дампу реализацией из SDK. Значит, протокол обновления описан в исходниках того самого SDK, которым я собирал прошивку, и штатный загрузчик примет мою прошивку, если говорить с ним на этом протоколе.

Вместо того чтобы писать свой загрузчик, я оставил их. План такой:

  1. Собрать приложение туда, где его ждёт загрузчик. Опция сборки OTA=1 линкует приложение по адресу флеша 0x11020000 вместо места загрузчика, через скрипт компоновщика, который генерируется из скрипта SDK во время сборки.

  2. Попросить работающее приложение перезагрузиться в режим обновления. Команда 04 на моей управляющей характеристике записывает 2 в регистр постоянно включённого домена (0x4000f034) и делает сброс. Загрузчик читает этот регистр при старте и остаётся в режиме обновления, не запуская приложение.

  3. Найти обновлятор — это другое устройство. Загрузчик рекламируется под своим адресом и без имени, только с данными производителя Phyplus (company ID 0x0504). По ним клиенты его и находят.

  4. Передать разделы. Начало, информация о разделе, данные, CRC каждого раздела, затем перезагрузка. Разделы флеша пишутся туда, где они выполняются; разделы ОЗУ попадают в банк приложения, и загрузчик копирует их в ОЗУ при каждом старте, точно как у штатного приложения.

Клиент на Python (ble_ota.py, на bleak) делает это с ноутбука примерно за 45 секунд. Веб-страница из Chrome — за 20–30 секунд. Веб-версии понадобились два компромисса. Браузер не может прочитать согласованный MTU, поэтому клиент шлёт пакеты по 20 байт, которые влезут в любой MTU, и просит одно подтверждение на раздел. А Chrome на macOS теряет пакеты write-without-response, если слать их подряд; загрузчик сдаётся, если по разделу секунду нет данных, и отвечает ошибкой 0x68. Помогла пауза в 20 мс после каждых четырёх пакетов. Константа совершенно ненаучная, но с тех пор срабатывает каждый раз.

Два способа потерять обновлятор. Прошивка любой прошивки по UART обычной записью из hex-файла заменяет таблицу загрузки, и OTA-загрузчика нет, пока его не запишешь обратно. А когда я выделил загрузчик в отдельный hex-файл, сегмент с MAC-адресом по адресу 0x4000 заставил прошивальщик положить ОЗУ-образы загрузчика внутрь области приложения. Поэтому экстрактор намеренно не включает MAC.

Был ещё один урок, из более позднего сеанса. Однажды OTA-утилита подключилась к устройству с данными производителя Phyplus, объявила, что готова к обновлению, и получила отказ на первой же записи. Это были не мои часы. Это был браслет Morden с полки, LP716, который рекламирует тот же company ID, но с именем. Штатный загрузчик рекламируется без имени, поэтому теперь утилиты проверяют оба признака. На браслет ничего не записалось. Он всё равно следующий на очереди.

Наконец, часы

Когда заработали сон, BLE и беспроводные обновления, очевидным следующим шагом стало простое приложение часов. Оно показывает время крупными цифрами, дату, заряд и состояние BLE. Время выставляет телефон по BLE (веб-страница отправляет его при каждом подключении), экран гаснет через восемь секунд после последнего касания, а касание или встряхивание его будит.

Собственный циферблат: время, дата, заряд и состояние BLE

Собственный циферблат: время, дата, заряд и состояние BLE

Приложение часов на зарядке: 83% с плюсом, значит, идёт зарядка; синяя точка — реклама BLE; 13:34, выставленные с телефона за 73 минуты до снимка.

Настоящая экономия энергии была не в экране. Даже со включённым сном функция обновления приложения запускалась каждые 10 мс, то есть будила чип сто раз в секунду. Теперь она запускается так часто, только пока горит экран, работает мотор или только что было касание или встряхивание. При выключенном экране она запускается раз в 30 секунд (на зарядке раз в 100 мс, ради логики заряда), а сенсорная кнопка, датчик наклона и вывод детектора зарядки будят чип через прерывания GPIO. Драйвер GPIO из SDK и так делает каждый вывод с прерыванием источником пробуждения, так что в основном работа свелась к тому, чтобы решить, когда притормаживать; новой разводки не понадобилось.

Две ошибки того дня стоит записать. Экран гас примерно через 120 мс после каждого касания: функция обновления брала метку времени в начале, обработчик касания сохранял более свежую, и беззнаковая разность переполнялась в огромное число, похожее на таймаут. А цифры часов выводились на разных строках, потому что графическая библиотека переносит текст, когда курсор заходит за ширину экрана минус высоту строки шрифта, а при двойном размере это 22 пикселя на экране шириной 80 пикселей.

Подсветка, которая светилась во сне

Последняя ошибка проекта — та, которую я понимаю хуже всего. При выключенном экране подсветка всё равно слабо светилась, но только пока чип спал. Вместо гаданий я провёл несколько опытов:

Опыт

Подсветка при выключенном экране

Та же прошивка, сон отключён

Темно

Без сна, P16 и P17 оставлены в воздухе

Темно

Без сна, P01 и P02 оставлены в воздухе

Темно

Во сне, выводы в единице, добавлены подтяжки

Тускло

Во сне, P16 и P17 оставлены обычными GPIO вместо выводов кварца

Тускло

Во сне, выводы отпущены во входы с подтяжками

Темно

Больше всего мне нравилась версия про P16 и P17. Это выводы кварца на 32 кГц, которые здесь отданы подсветке, потому что такого кварца на плате нет, а код канального уровня прямо перед каждым засыпанием сбрасывает для этих двух выводов бит «программного управления». Установка его заново из моего обработчика сна ничего не дала. Сработало другое: вообще не управлять выводами подсветки, пока экран выключен. Отпустить их во входы, пусть подтяжки держат единицу, и снова начать ими управлять, когда экран включается.

Моя лучшая догадка такая: выходы, удерживаемые во сне, на мгновение проваливаются в ноль при каждом пробуждении, а с работающим BLE чип просыпается достаточно часто, чтобы эти выбросы складывались в заметное свечение. Я этого не доказал, и осциллограммы у меня нет. Всё, что у меня есть, — эта таблица.

Что получилось

Часы работают на моём коде: дисплей, графика, сенсорная кнопка, мотор, светодиод, датчик наклона, аккумулятор и зарядка, управление по BLE с веб-страницы, обновления по воздуху через штатный загрузчик, сон с выключенным экраном и часы. В репозитории лежат карта выводов, разметка флеша, образ для сборки и порядок прошивки.

Что пока не закрыто:

  • Потребление не измерено. Прошивка спит, но я не включал амперметр последовательно с аккумулятором, чтобы сказать, сколько часы проживут. До тех пор «экономия энергии» — лишь заявление.

  • Сброс при пробуждении на 48 МГц не объяснён. На 16 МГц всё работает, и я перестал копать.

  • Точность хода почти не проверена. Время считается по системному тику от внутреннего RC-генератора, потому что выводы кварца заняты подсветкой. Снимок выше сделан через 73 минуты после установки времени, и часы всё ещё сходятся до минуты. Это исключает грубую ошибку, но ничего не говорит о сутках.

  • Штатной прошивки на этих часах больше нет. Последующее полное восстановление упало на первом блоке после стирания, а раз OTA работал, я не стал с этим бороться.

  • Паяльника-ручки на USB-C, ради которого покупались часы, пока не существует. Как и велонавигатора с прошлого раза. Я начинаю замечать закономерность.

Что я сказал бы себе в прошлом: если у чипа есть работающая заводская прошивка, читай прошивку раньше даташита. Контроллер дисплея, схема подсветки, вывод включения зарядки, фальшивый пульс и загрузчик, который я в итоге использовал, — всё это лежало в штатном дампе. Даташит не знает, какую панель завод поставил в этом месяце. Прошивка обязана знать.

Очень мало из этого придумано здесь. Амир первым сделал часы на PHY6222 и выложил SDK и сборку, на которых стоит всё остальное. pvvx написал rdwr_phy62x2.py и инструменты для PHY62x2. Из-за разбора M6 от rbaron я вообще присмотрелся к этому браслету. Моя часть — несколько эмалированных проводов, конденсатор сброса вместо недостающего вывода и много сообщений «скажи, что сейчас на экране».

На что я опирался

Прошивка, документация, образ для сборки и утилиты лежат в одном репозитории: e-labInnovations/FitPro-LP715-PHY6222 — реверс-инжиниринг и разработка собственной прошивки для смарт-часов FitPro LP715 на SoC PHY6222.

Прошлые часы, для сравнения: Hacking a ₹249 Smartwatch: Custom Firmware on TLSR8232.

Люди, которые сделали самое трудное:

View the original on Хабр →

KioskNews shows a cleaned-up reading view extracted from the publisher’s page — the original always lives on their site, not ours.