«Я просто не хочу умирать и не хочу убивать. Разве этого недостаточно?». Десятки украинских военных дезертируют во время сборов в Германии, пишет Die Zeit

Десятки украинских военных дезертируют во время прохождения учебных сборов в Германии, пишет Die Zeit. Только в федеральной земле Саксония-Анхальт известно о примерно 80 подобных случаях.

Издание подробно рассказало историю 39-летнего Владимира Шульгина из Днепра. До войны он был пианистом, писал стихи и организовывал встречи кружка по изучению Библии. Когда в Украине началась принудительная мобилизация, он делал все возможное, чтобы избежать службы в армии — ему пришлось оставить работу преподавателя фортепиано, так как ездить к ученикам стало слишком опасно из-за патрулей ТЦК.

Шульгин редко выходил на улицу и в основном занимался с детьми дома, а деньги зарабатывала его жена Анна — она подрабатывала уборщицей или курьером. В конце января 2026 года Шульгина и его жену прямо на улице остановил патруль ТЦК — мужчину силой запихнули в машину и отправили в армию.

Примерно через десять дней после мобилизации Шульгина перебросили на подготовку на военный полигон Альтенграбов на границе Саксонии-Анхальт и Бранденбурга. Первоначально он не думал о дезертирстве. «Немецкие солдаты очень радушно нас приняли. В казармах было чисто, кормили хорошо, поэтому мне хотелось учиться», — рассказал он.

Через несколько дней у Шульгина поднялась температура, и во время утренней переклички ему стало плохо. Когда он попросил разрешения пропустить завтрак, сержант ударил его в грудь на глазах у сослуживцев, а когда Шульгин упал, в качестве наказания его заставили сделать 50 приседаний. Позже Шульгин попросил у немецкого врача на базе жаропонижающее и упомянул об инциденте. Когда про это узнали украинские офицеры, один из них пригрозил «закопать его в яме и оформить как пропавшего без вести».

После этого Шульгин решил бежать. Он получил от немецкого врача направление в клинику «Шарите» на лечение, а через две недели просто ушел оттуда и не стал возвращаться на базу.

В общей сложности журналисты Die Zeit побеседовали примерно с десятком дезертировавших украинцев. Один из них бежал из-за жестокого обращения со стороны командования, еще двое хотели воссоединиться со своими близкими в ЕС, которых не видели много лет. Другой дезертир ранее отбыл 15-летний срок за убийство и рассматривал побег как шанс начать жизнь с чистого листа. Еще один беглец объяснил свои действия так: «Я просто не хочу умирать и не хочу убивать. Ни на фронте, ни где-либо еще. Разве этого недостаточно?»

Большинство из дезертировавших, отмечает Die Zeit, такие же люди, как Шульгин — у них нет высокооплачиваемой работы, поэтому они не могут позволить себе нанять адвоката, чтобы защититься от мобилизации, и не имеют брони — в отличие от 1,3 миллиона человек, которые работают в тех сферах, которые государство считает критическими. Дезертиры считают такой подход к мобилизации несправедливым.

Неясно, позволят ли Шульгину и другим дезертирам остаться в Германии, отмечает Die Zeit. На украинских новобранцев, дезертировавших на военной территории, не распространяются общие правила, которые позволяют гражданам Украины, бежавшим из страны из-за российского вторжения, получить право на проживание в Германии.

Единственный законный путь остаться в стране — подать прошение об убежище и пытаться доказать, что в случае возвращения в Украину их жизни будет угрожать опасность или они подвергнутся политическому преследованию. Шансы на успех, отмечает Die Zeit, невелики. При этом в Украине дезертирам грозит уголовная ответственность — и до 12 лет тюрьмы.

Случаи дезертирства украинских военных во время сборов происходят и в других странах. В январе Agence France-Presse сообщало, что во Франции в ходе подготовки 155-й механизированной бригады имени Анны Киевской дезертировали «несколько десятков» из 2200 военнослужащих.

Die Zeit приводит статистику, что с февраля 2022 года из украинской армии в общей сложности дезертировали не менее 60 тысяч военнослужащих. Внутри страны, по данным Минобороны Украины, от отправки на войну сейчас уклоняется более двух миллионов мужчин.