The Jerusalem PostIsraeli man detained in India for carrying live cartridge of ammunition leftover from IDF serviceESPNHow ChatGPT and Lane Kiffin could have gotten LSU kicked out of the SECInquirerBukidnon school eyes safety upgrades after Grade 12 student’s deathPunchEXPLAINER: What every business should know about CAC annual returnsוואלהצה"ל: חוסל מחבל נוח'בה שפשט למעבר ארז ב-7 באוקטוברUN NewsYemen escalation displaces more than 57,000 children: UNICEFBollywood HungamaLuv Ranjan unveils first look of Pehla Pyaar Doosri Baar featuring six debutants, film to release on October 23Premium TimesNIDCOM says Nigerian detained in India refused opportunity to returnIl Fatto Quotidiano“Non so quanto tempo avrò”: Il calcio dominante di Amorim al Milan non si vede. San Siro fischia, ora l’allenatore è preoccupatoCapital FMNyamira University Set for First Intake as Construction ProgressesБи-би-си«Нарисованные победы». Как российские военные с помощью ИИ имитирует успехи на фронте7sur7Menaces de Trump: “Personne” ne dicte au Canada avec quels pays il peut conclure des accords, riposte Carney
The Daily Newsstand · Free, Always
Thursday, September 17, 2026

[Перевод] ИИ усиливает цифровое неравенство

Translate

Новый разрыв проходит между теми, кто создаёт ИИ и управляет им, и теми, кто лишь пользуется готовым.

Искусственный интеллект стремительно становится частью повседневной инфраструктуры — но не везде.

За последние десять лет я работала над проектами цифровой инклюзии и грамотности — от Европы до Африки южнее Сахары и Юго-Восточной Азии — и везде видела одну и ту же картину: каждая новая «прорывная» технология приходит туда, где неравенство уже есть — в доступе к интернету, навыках, возможностях институтов. ИИ не исключение — он эти разломы только углубляет.

На кону больше, чем доступ к технологии. Страны, которые остаются потребителями ИИ, а не его создателями, рискуют:

—  не вырастить собственную инновационную среду;

—  не укрепить госуправление;

—  получить системы, в которых нет места их языкам, культуре и социальным приоритетам.

Так разрыв в создании ИИ становится разрывом в экономических возможностях и технологическом влиянии.

Но есть и другой путь: участвовать в развитии ИИ, не повторяя гонку передовых моделей, где лидируют США и Китай. Что даёт такой путь и чем он труден, видно на примере ЮАР и Индонезии.

В цифрах

5000+ центров обработки данных в США — в 10 с лишним раз больше, чем в любой другой стране

87% мирового экспорта облачных вычислений и хранения данных пришлось на США в 2023 году

40% взрослых в странах ОЭСР владеют цифровыми навыками выше базового уровня

36% против 18% — доля тех, кто за год учился работать с ИИ, среди людей с высшим и с полным средним образованием

100 000 специалистов по ИИ в год планирует готовить Индонезия

Вычислительные мощности сосредоточены в нескольких странах

Согласно докладу AI Index 2026 Стэнфордского университета, в США более 5000 действующих центров обработки данных — в десять с лишним раз больше, чем в любой другой стране. Задачи ИИ всё чаще решаются в облаке, а не на собственных серверах, поэтому концентрация мощностей оборачивается усилением зависимости от немногих поставщиков. По данным Всемирного банка, в 2023 году на США пришлось около 87% мирового экспорта облачных вычислений и услуг хранения данных.

Для большинства стран это значит, что разработка ИИ отдана на аутсорсинг — не только технологически, но и коммерчески и геополитически — и они её не контролируют. Мощности, на которых работают системы по всему миру, размещены в горстке государств и у немногих компаний. А системы, созданные и отрегулированные в нескольких странах и на нескольких языках, вряд ли смогут по-настоящему служить всему миру.

Навыки и ИИ-грамотность распределены неравномерно

Даже там, где есть интернет и облако, воспользоваться ими могут не все. В странах ОЭСР лишь около 40% взрослых владеют цифровыми навыками выше базового уровня. Продвинутые навыки работы с вычислительными технологиями и ИИ сосредоточены у высокообразованных работников и в технологичных отраслях.

Правительства торопятся встроить ИИ в образование, но обычно начинают со старших ступеней. ЮНЕСКО отмечает, что таких инициатив в мире всё больше, а вот ИИ-грамотность в начальной и основной школе и этическую подготовку учителей поддерживают неравномерно.

Выигрывают те, у кого есть хорошее образование, развитые цифровые навыки и стабильный интернет: для них ИИ становится инструментом, расширяющим возможности. Чем выше образование, тем чаще люди учатся работать с ИИ: по данным опроса ОЭСР, за год такие курсы прошли 36% респондентов с высшим образованием и лишь 18% — с полным средним.

Остальные чаще сталкиваются с ИИ как с непрозрачной системой, которая решает за них, — от алгоритмов в соцобеспечении, как в нидерландском скандале с компенсацией расходов на детский сад, до инструментов найма вроде закрытой рекрутинговой системы Amazon. Разобраться в такой технологии или повлиять на неё они не могут.

От редактора

Нидерланды. В 2010-х годах налоговая служба ложно обвинила в мошенничестве с компенсацией расходов на детский сад (kinderopvangtoeslag — выплата семьям с невысоким доходом, где работают оба родителя), по разным оценкам, от 20 до 30 тысяч семей и потребовала вернуть выплаты целиком. Среди признаков, по которым семьи отбирали для проверок, было двойное гражданство. Многие оказались в долгах, некоторые лишились жилья и работы. В январе 2021 года правительство Марка Рютте ушло в отставку.

Amazon. Систему разрабатывали с 2014 года, она ставила кандидатам от одной до пяти звёзд. Модель учили на резюме, присланных в компанию за десять лет, — в основном мужских. В результате она понижала оценку резюме со словом «women’s» (например, «капитан женского шахматного клуба») и резюме выпускниц двух женских колледжей. Гарантировать, что предвзятость устранена, так и не удалось, и команду распустили. Историю в 2018 году раскрыло агентство Reuters.

Источники: DutchNews, IamExpat, MIT Technology Review

Кто определяет правила

Повестку в сфере ИИ по-прежнему задают несколько крупных компаний и небольшая группа технологически развитых государств. Остальные постоянно догоняют: подгоняют под себя чужие модели, стандарты и шаблоны «заслуживающего доверия ИИ», и им часто не хватает своих специалистов, чтобы оценить плюсы и минусы или предложить альтернативу.

В Индонезии и ЮАР люди производят огромные объёмы данных, но их голос почти не учитывают, когда системы ИИ разрабатывают, регулируют и внедряют. Их языки слабо представлены в обучающих данных, их институтам не хватает ресурсов, чтобы участвовать в международном регулировании, а модели проверяют на тестах, где почти нет примеров из их жизни. Роль большинства стран глобального Юга по-прежнему сводится к адаптации чужих систем.

ЮАР: амбиции опередили возможности

В апреле 2026 года Министерство связи и цифровых технологий ЮАР опубликовало проект национальной политики в области ИИ, где предлагалось создать новые надзорные органы. Вскоре документ отозвали: журналист обнаружил, что как минимум шесть научных ссылок в нём ведут на несуществующие работы — судя по всему, это галлюцинации ИИ. Министр назвал случившееся «недопустимым промахом».

История показывает, насколько планы по регулированию ИИ опережают возможности госаппарата. Впрочем, у созданного с тех пор экспертного совета по ИИ есть шанс использовать особые козыри ЮАР.

От редактора

Проект опубликовали в правительственном вестнике 10 апреля 2026 года, обсуждение планировалось до 10 июня. По данным издания News24, в 86-страничном документе было 67 источников, минимум шесть оказались выдуманными, причём часть приписывалась реальным научным журналам, и их редакции подтвердили, что таких статей не выходило. 26 апреля министр Солли Малатси отозвал проект. Наиболее вероятной причиной он назвал ссылки, сгенерированные ИИ и не проверенные людьми, и пообещал наказать ответственных.

Источники: Moonstone, African Business

Индонезия: практичные инструменты вместо гонки

Индонезия показывает, как государство может действовать осознанно даже в жёстких рамках. Национальное агентство исследований и инноваций (BRIN), которое отвечает за внедрение ИИ, делает ставку не на передовые модели, а на практичные инструменты для тех, до кого технологии обычно не доходят:

—  приложение, которое по спутниковым данным помогает рыбакам малого промысла находить косяки рыбы;

—  многоязычные модели, обученные на индонезийском и местных языках, например яванском и сунданском;

—  чат-боты в государственных услугах.

В августе 2025 года Министерство коммуникаций и цифровых дел опубликовало национальную дорожную карту по ИИ: цель — ежегодно готовить 100 000 специалистов.

От редактора

Индонезия — одна из самых многоязычных стран мира: правительство насчитывает более 700 региональных языков. Яванский, по разным оценкам, родной для 70 — почти 100 млн человек, сунданский — примерно для 40 млн. Для таких аудиторий модели, обученные в основном на английском, работают хуже, поэтому локальные модели решают вполне практическую задачу.

Источники: Elite Asia, Wikipedia

Выбор шире, чем «ИИ-сверхдержава или пассивный потребитель»

Всё важнее становится и региональное сотрудничество. В 2024 году африканские министры приняли Континентальную стратегию по ИИ и Африканский цифровой договор. На Глобальном саммите по ИИ в Африке в Кигали в апреле 2025 года участники обсуждали, как снизить зависимость от внешних систем: через региональную координацию, модели на местных языках, государственные университеты и проекты с открытым кодом.

От редактора

Стратегию одобрил Исполнительный совет Африканского союза на сессии в Аккре (Гана) 18–19 июля 2024 года. В ней 15 направлений работы — от регулирования и подготовки кадров до исследований и инфраструктуры; реализовывать её планируется в два этапа в 2025–2030 годах.

Источники: Африканский союз, Nairametrics

Как иначе смотреть на цифровой разрыв

Всё это не значит, что развитие ИИ нужно замедлять или отказываться от этой технологии, и не значит, что концентрация облачных мощностей или венчурный капитал плохи сами по себе. Но, говоря о «революции ИИ», стоит спрашивать: кто может её направлять, а кто — лишь подстраиваться.

Споры о цифровом разрыве начинались с устройств и доступа к сети, потом переключились на навыки и на то, что технология в итоге даёт людям. ИИ добавляет новый уровень неравенства: кто определяет, зачем нужен ИИ, какие задачи ему ставить и чьим интересам он служит.

Инженерам и регуляторам стоит спросить себя: расширяют ли их системы круг тех, кто влияет на технологии, или сужают его? И когда государство принимает стратегию ИИ или переводит на него госуслуги, чьи языки, ограничения и реалии оно учитывает?

Нынешний этап часто описывают как гонку. Однако в технологической конкуренции важна не только скорость, но и то, кто задаёт направление. ИИ уже распространяется по миру. Вопрос в том, станет ли при этом шире круг тех, кто определяет его будущее.

Кто будет определять будущее ИИ — вопрос для государств и регуляторов. Для конкретной команды всё начинается проще: хватит ли мощностей, чтобы экспериментировать со своими моделями. Эту часть можно делегировать.

Cloud4U сдаёт в аренду виртуальные серверы с GPU NVIDIA: A100 и V100 для машинного обучения, RTX 4090 и RTX 5090 с 48 ГБ памяти для инференса, рендеринга и работы с графикой. Конфигурацию можно собрать под задачу, выбрав число vCPU, объём памяти, vGPU и диска, а ресурсы масштабировать по мере роста проекта.

Для новых клиентов с Хабра — скидка 20% по промокоду HABR20, подробности на странице акции.

View the original on Хабр

KioskNews shows a cleaned-up reading view extracted from the publisher’s page — the original always lives on their site, not ours.