Бранденбург против штата Огайо: как один судебный процесс защитил свободу слова (и оправдал не самого хорошего человека)

Мы продолжаем рассказывать о том, как в Америке формировалось современное законодательство, регулирующее свободу слова. До этого мы подробно описали эпоху маккартизма и то, к чему она привела США. И вот мы подошли к бурным шестидесятым.

Все еще шла Война во Вьетнаме, движение за гражданские права набирало обороты, но во многих штатах все также действовали старые законы и порядки. И вот в эпоху хиппи случилось невероятное.

Пьяные угрозы на камеру

Кларенс Бранденбург, лидер Ку-Клус-Клана штата Огайо, пригласил репортера с телеканала города Цинциннати приехать и осветить ралли членов Ку-Клус-Клана летом 1964 года. Журналист согласился: были сделаны кадры гонки, также были засняты люди в белых плащах и капюшонах с факелами в руках на фоне горящего креста. Эти граждане начали произносить речи. Один из них начал делать отсылки к возможности насилия против черных, а также людей, поддерживающих их. Изрядно пьяный Бранденбург заявил, что «Президент, Конгресс и Верховный суд продолжают угнетать белое население» и анонсировал марш на Вашингтон ко Дню независимости. 

За эти действия Бранденбург как лидер и организатор ралли был обвинен в высказываниях, подрывающих основы стабильности штата Огайо и Америки в целом, согласно проведенной проверке на реальную и существующую опасность («clear and present danger test»). Бранденбург был приговорен решением суда штата Огайо к штрафу и тюремному заключению. Решение было обжаловано и, в итоге, дошло до Верховного суда, который состоялся в 1969 году. Он вынес свое постановление, отменившее решение суда штата Огайо. В нем говорилось, что государство не вправе конституционно наказывать абстрактные угрозы применения силы и пропаганду. 

Данное решение стало прецедентным и автоматически отменило все предыдущие постановления судов по делам, касающихся свободы слова, что стало поворотным моментом в регулировании правового статуса лиц собирающих и передающих информацию. Фактически, этим процессом закончилась почти полувековая эпоха масштабного вмешательства Федеральных властей в свободу слова в Америке. Был установлен окончательный предел ограничений свободы слова.

Последствия 

Была разработана проверка на неизбежные беззаконные действия или тест Бранденбурга («The Brandenburg test» или «imminent lawless action test»). Согласно ее положениям, свобода слова может быть ограничена, если из них следуют неизбежные беззаконные действия. В иных случаях Первая поправка Конституции США неприкосновенна. Были выработаны принципы проведения проверки на неизбежные беззаконные действия: намерения, неизбежность и вероятность. При этом, само проведение теста Бранденбурга допускается лишь в крайних случаях, когда речь идет о стопроцентной угрозе национальной безопасности Америки. Данную проверку должны проводить не суды, а исполнительные органы и то, как я уже писал выше, в крайних случаях.   

«Imminent lawless action test» не отменял «bed tendency test» и «clear and present danger test». Но после процесса Бранденбург против штата Огайо (1969) они более никогда не применялись и де-факто отменены. Тоже самое касается и доктрин: юридически они в силе, но, фактически, их не используют с того же времени.

В 1969 году, после процесса Бранденбург против штата Огайо Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, долгое время выступавшая инициатором многих судебных процессов, была переименована в Комиссию по внутренней безопасности. А в 1975 году она была закрыта, а ее полномочия переданы Комитету по судебным вопросам (The U.S. House Committee on the Judiciary).       

Как я уже писал ранее, американская правовая система стояла перед выбором, по какому пути ей идти. В итоге, был выбран либеральный путь: маккартизм и «охота на ведьм» остались в прошлом. Во многом это заслуга принадлежит судье Верховного суда США Хьюго Блэку (занимал пост с 1937 по 1971 года). Он был одиозным сторонником невмешательства государства в свободу слова и считал Первую поправку незыблемым и единственным ориентиром в данном вопросе. Он писал, что она должна быть «вне досягаемости федеральных властей, включая Конгресс и Верховный суд, с целью сокращения прав и свобод. У них не должно быть полномочий подчинять свободу слова и печати своим «более важным интересам».

По мнению Верховного суда США «обсуждение общественно значимых вопросов должно быть здоровым и открытым, даже включая страстные, язвительные и иногда неприятно резкие нападки на правительство и должностных лиц».  

Уотергейтский скандал, творчество миллионов хейтеров федерального правительства в интернете уже в наше время и, наконец, сверхжесткая сатира того же Саус Парка: все это стало возможным во многом благодаря одному прецедентному процессу, который завершился за пару месяцев до Вудстока.

Но счастье было недолгим.