5G в России: что на самом деле запустили, и новшество ли это

Одиннадцатого сентября 2026 года в России официально запустили 5G, а через шесть дней журналисты прошли по Москве со спидтестом и в большинстве точек намерили скорости LTE, а местами даже ниже. И зачем нужна была эта помпезность…

Я постоянно вижу, как знакомые восторженно радуются значку 5G, и меня это трогает, ведь я когда-то был связан с телекомом… В связи с этим, под катом с технической стороны объясню, что именно у нас запустили, чем настоящий 5G отличается от быстрого LTE, и что пятое поколение принесло/принесёт сисадмину.

Что запустили 11 сентября

В конце августа государственная комиссия по радиочастотам бесплатно и в равном объёме выделила четырём операторам («МТС», «МегаФон», «Билайн» и «Т2») полосы в диапазоне 4,63–4,99 ГГц. Также она разрешила гонять 5G на частотах, ранее выданных под LTE, смягчила требования и вроде бы позволила несколько лет использовать иностранное оборудование, установленное до 1 сентября 2026 года. 

В свою очередь, Минцифры торжественно отчиталось о том, что пятое поколение запущено в 16 городах с охватом почти 10 млн человек, в основном с Android… Напомню, доступ к 5G на устройствах Apple закрыт, и разблокирует ли она его в России, неизвестно.

То есть на старте россияне получили два разных «пятых поколения»: 

• Первое работает в новом диапазоне 4,6–4,99 ГГц — это островки в центрах городов, «МТС» называет их на карте «сверхбыстрый 5G до 1,5 Гбит/с».

• Второе — это тот же LTE-спектр, на котором базовые станции научились отдавать трафик по протоколу 5G NR, и вот он-то и рисует значок рядом с палочками сети. 

«Известия» протестировали все четыре сети в центре Москвы, на вокзалах, в «Сити» и в метро. На Никольской улице «МТС» выдал 284 Мбит/с, а у ГУМа, где стоит оборудование в новом диапазоне, целых 1,1 Гбит/с. Но в той же точке «Т2» показала 136 Мбит/с, «Билайн» — 50, а «МегаФон» всего 47. На Красной площади телефоны переключались на 4G, у Павелецкого вокзала скорости гуляли от 18 до 54 Мбит/с, в метро 5G не нашлось почти нигде, а единичные всплески вроде 413 Мбит/с у «МегаФона» на Яузском бульваре держались пару сотен метров и схлопывались обратно до уровня LTE. Для сравнения, в том же московском метро на добротном LTE раньше намеривали под 300 Мбит/с.

Отдельного абзаца заслуживает «МегаФон». Практически сразу оператор запустил набор опций «Мега5G» — это услуга с доплатой, которая даёт ускорение мобильного интернета примерно в 1,6 раза на любом смартфоне, хоть без поддержки 5G, хоть вне зоны покрытия пятого поколения вообще. 

Как раз эта ситуация показывает, что значок 5G, скорость 5G и сама технология 5G сейчас независимы друг от друга и могут встречаться в любых комбинациях.

Чем настоящий 5G отличается от быстрого LTE

Когда 3GPP проектировал пятое поколение, в спецификацию заложили три разных сценария, и только один из них про скорость:

• Первый — eMBB — расширенный мобильный широкополосный доступ. Тот самый «быстрый интернет на телефоне», гигабиты, 4K-видео и облачный гейминг. 

• Второй — URLLC — это сверхнадёжная связь с предсказуемой задержкой в единицы миллисекунд для удалённого управления кранами, станками и беспилотным транспортом. В общем, для кейсов, где важна гарантия того, что отклик придёт вовремя.

• И третий — mMTC — это массовое подключение машин и датчиков, с упором на энергоэффективность, чтобы счётчик жил на батарейке десять лет. 

То есть два сценария из трёх вообще не про людей со смартфонами. Но чтобы понимать, откуда берутся гигабиты, придётся спуститься на уровень радиоинтерфейса (уже ближе к нам, да, сисадмины?).

В 5G широко применяются антенные массивы Massive MIMO и beamforming. Если классическая базовая станция делит ресурс между всеми в секторе, то антенный массив формирует персональные лучи на каждого абонента и обслуживает множество пользователей на одной частоте. Грубо говоря, это разница между хабом и управляемым коммутатором.

Самое вкусное — 5G network slicing. Это технология, которая позволяет поверх одной физической сети поднять несколько независимых логических сетей с собственными гарантиями по полосе, задержке и приоритету. Ну, аналогию с VPS вы сами провели, у сетей есть свои политики и согласованные характеристики обслуживания, а гарантии обеспечиваются выделением ресурсов и настройкой.… Грубо говоря, пятое поколение режется на срезы для разных задач, например, один — для видеонаблюдения, второй — для телеметрии датчиков, а третий — для управления перегрузочной техникой.

И ключевой момент — архитектура ядра. Почти все ранние запуски 5G в мире, и наш сентябрьский в том числе, построены по схеме Non-Standalone, когда радио новое, а ядро сети остаётся от LTE. Это дёшево и быстро, но срезы, гарантированная задержка и частные сети есть только в полноценной архитектуре Standalone. В этом случае у сети есть собственное облачное ядро 5G, где сетевые функции — это масштабируемые программные сервисы. В России логичнее было сразу строить SA, потому что переходный NSA не даёт ни срезов, ни низкой задержки, а значит, не даёт и причин для перехода. Пока ядро LTE, пятое поколение честнее называть 4.9G или 5G с опорой на LTE.

Один из способов запустить NR 5G в существующем спектре — DSS — динамическое разделение спектра, возможно, благодаря ему и появился красивый значок. Сейчас базовая станция в реальном времени нарезает одну и ту же полосу LTE-частот между абонентами четвёртого и пятого поколений, в зависимости от того, кто сейчас в сети и на чём. Спектр от этого не ширеет, поэтому 5G, по оценкам Минцифры, дало прирост всего в 20–25% пропускной способности. 

Почему у нас нельзя было просто включить 5G

В Европе и Азии 5G стоит с 2019 года, а мы подъехали к нему в 2026 году и получили странный результат и смешанные чувства. Ситуация связана с частотами.  

Мировой золотой диапазон 5G — это 3,4–3,8 ГГц, но в России эти частоты заняты силовыми структурами. Там живёт спутниковая связь, в том числе в интересах Минобороны и Роскосмоса, и диапазон они отдавать не хотят. В связи с этим ставку сделали на 4,63–4,99 ГГц, а физику не обманешь, чем выше частота, тем меньше дальность. 

Также российская модель требует технологического суверенитета, то есть сети должны строиться на отечественных базовых станциях, а с серийным производством пока слабо. Ближе всех к готовому продукту «Иртея», дочка «МТС», отгрузившая уже 1300 станций 4G с готовностью к 5G по архитектуре Open RAN. Это капля в море. 

По планам, доля российских станций на сетях должна вырасти с 1% в 2027 году до 100% в 2031 году, а в новом диапазоне иностранное оборудование разрешено только до конца 2028 году. Отдельная засада с абонентскими устройствами — смартфонов с 5G в стране около 23%. Бенды n77 (3,3–4,2 ГГц) и n78 (3,3–3,8 ГГц) диапазон 4,8–4,99 ГГц не покрывают, для него в спецификации аппарата нужно искать n79 (4,4–5,0 ГГц).

Кому всё это надо, и какое дело сисадминам до 5G

Начну с денег, потому что они объясняют всё остальное. По оценкам, потребительская модель 5G в России через десять лет даст убытки в 84 млрд руб. при капзатратах в 286 млрд руб. Корпоративная модель, наоборот, принесёт 63 млрд руб., потому что бизнес платит за предсказуемую задержку. Прямо говоря, частные клиенты тут не особо интересны, операторы строят пятое поколение для инфраструктуры, а значит, разбираться в нём нам всем вскоре придётся.

Сейчас системные и серверные администраторы от пятого поколения сети не получают практически ничего, по тем причинам, о которых я рассказал выше. Сотовая связь в нашем мире — это в первую очередь резервный канал, LTE-модем в MikroTik или USB-свисток в роутере филиала, который поднимается, когда ложится основной провайдер. 

Запуск 5G по схеме NSA на старых частотах принес только резервный канал потолще, но только в хороших точках. Ядро сети осталось от LTE, задержки те же десятки миллисекунд без гарантий, схема файловера и мониторинг те же. Переделывать, собственно, из-за красивого значка ничего не нужно.

Когда появится автономный 5G, то есть сети Standalone, изменится инфраструктура, и администрировать её нужно будет также по-новому, записывайте списочек на будущее: 

• Во-первых, появятся частные сети предприятия — private 5G. Операторы будут ставить на территории бизнеса свои малые базовые станции и выделенное ядро. Это даст ограничение трафика абонентов в периметре площадки, а аутентификация устройств будет идти через SIM и eSIM. Для нас это сеть, в которой списки мак-адресов перестанут существовать как класс, ведь устройство без профиля в ядре для сети не будет существовать. 

• Во-вторых, операторы будут продавать бизнесу network slicing, то есть, как говорил выше, будут поднимать изолированные логические срезы с гарантиями задержки и доступности. В этом случае вам придётся задавать профили сервиса в договоре и следить за выполнением SLA, мониторя сети.

• В-третьих, реальный 5G легализует беспроводное управление железом. Всё, что сегодня требует промышленного интернета и кабель-каналов, начнёт жить по радио. Это даст возможность менять маршруты и расположение оборудования без перекладки кабелей, то есть появится задача проверять весь путь команды, включая задержку, её разброс и потери при переходе между сотами. 

• В-четвёртых, edge-вычисления придут в серверную. Архитектура 5G предполагает вычислительные узлы у основания сети, и в корпоративном мире это означает стойку оператора в вашей серверной. Это новый объект в инвентаре со всеми вытекающими — кластер на edge, который надо будет мониторить и логировать своим стеком, а также обновлять его по согласованному регламенту. Грубо говоря, ещё одна новая зона ответственности. 

• В-пятых, часть оборудования можно будет подключать напрямую к сотовой сети. NB-IoT и LTE-M умеют это ещё со времён LTE, а 5G New Radio принесёт RedCap, рассчитанный на устройства, которым не нужны возможности 5G-модема. Это потенциально меньше отдельных радиосетей и шлюзов на обслуживании, зато больше работы с профилями подключения, прошивками и доставкой телеметрии. 

• И в-шестых, фиксированный беспроводной доступ станет нормальной практикой для объектов, куда кабель не тянут. Тут будет знакомая работа с маршрутизацией, мониторингом и автоматическим переключением каналов. Но статический адрес и BGP-протокол придётся искать у операторов, а скорее всего, покупать. 

Операционно это означает, что в контуре появится управляемый провайдер с API. Radio Access Network будет администрировать оператор, а вашей зоной ответственности станет сегментация IoT, интеграция срезов с маршрутизацией, заведение eSIM-профилей вместо привычных клиентских конфигов, и безопасность новой поверхности, потому что ядро 5G — это сервис-ориентированная архитектура с открытыми внутренними API. 

Пилоты частных 5G-сетей на предприятиях в России уже есть, поэтому пора выучить термины вроде AMF, SMF и UPF, прикинуть, где физически не должно быть проводов, и посчитать, во что обойдётся аренда среза.

Из сети, AMF (Access and Mobility Management Function), SMF (Session Management Function) и UPF (User Plane Function) — это ключевые сетевые функции (NF) ядра сети 5G, которые реализуют принцип разделения плоскостей управления (Control Plane) и данных (User Plane). 

К выводам

Как технология 5G, безусловно, новшество. Пятое поколение — это первый серьёзный пересмотр архитектуры сотовой сети за десятилетия, с программным ядром, срезами и массовым MIMO. Для телекома это событие уровня перехода от коммутируемых линий к пакетной передаче. 

Однако настоящий запуск в России новшеством не является и преимуществ, кроме островков пятого поколения и ускорения без 5G, не несёт. Польза будет, в том числе и для сисадминов, когда появится Standalone на новом диапазоне, а для этого нужны отечественные станции. Я оптимист, поэтому написал «когда», но сейчас тут реалистичнее звучит «если». 

Делитесь в комментариях, поймали ли вы уже значок 5G в своём городе, и если да, что показал спидтест?