Из-за вируса Бундибуджио за полгода заболели 10 тысяч человек в четырех странах — половина из них умерли. Почему вспышку не удается подавить? И куда еще успела добраться болезнь?

В конце октября 2026 года стало известно, что число заболевших эболавирусной инфекцией во время текущей вспышки достигло 10 тысяч. Половина из них умерли. В истории была только одна вспышка крупнее этой (тогда за два года заболели 29 тысяч человек). Рассказываем, почему сейчас эболавирусная инфекция распространяется так стремительно и на что есть надежда.

Власти узнали о вспышке, когда она была уже в самом разгаре. Одна из причин в том, что у местных жителей были проблемы посерьезнее

В середине мая 2026 года Всемирная организация здравоохранения объявила о чрезвычайной ситуации международного значения в Демократической Республике Конго (ДРК), даже не собирая для этого, как было раньше, специальный комитет. Дело в том, что, когда информация о распространяющейся эболавирусной инфекции дошла до властей ДРК, число заболевших увеличивалось очень быстро.

Результаты последних оценок указывают на то, что распространение вируса началось в январе или феврале. Сначала люди списывали все на туберкулез, СПИД, отравление ртутью и прочие причины. А частные клиники боялись сообщать о подозрительных случаях из-за риска быть закрытыми.

К тому же, эболавирусная инфекция может выглядеть по-разному: она не всегда приводит к кровотечению (именно поэтому болезнь перестали называть геморрагической лихорадкой, то есть вызывающей кровотечение). А значит, и в этот раз, когда началась новая вспышка, ее могли принимать за другие болезни. И даже если были подозрения, лабораторная диагностика давала отрицательные результаты: на ранних этапах медицинские работники использовали тесты для обнаружения других эболавирусов — не редкого вируса Бундибуджио.

И не нужно забывать, что вооруженные конфликты, малярия и бедность являются большей угрозой и, соответственно, обращают на себя больше внимания людей, живущих в ДРК, чем периодически возникающие вспышки эболавирусной инфекции. А значит, и особой настороженности в отношении этой инфекции нет.

До сих пор неясно, какое событие стало причиной вспышки, но часто это контакт с дикими животными. Его вероятность увеличивается, когда вырубаются леса и остаются лишь небольшие участки с деревьями. Именно это происходит на востоке ДРК, где основной способ заработка для большой части местного населения — добыча золота и других ценных металлов. Для ее развития и вырубают леса.

У местных медицинских работников и международных гуманитарных организаций не получается оказать адекватную помощь

Проблем добавляет и то, что в этой части ДРК сложно оказывать помощь из-за разнообразных вооруженных группировок и противодействия местных жителей. Некоторые из них убеждены, что волонтеры и медицинские работники сами распространяют вирус, а госпитализация означает неминуемую смерть. За первые три месяца после объявления ВОЗ чрезвычайной ситуации медики подвергались нападениям как минимум 12 раз. Другие сотрудники гуманитарных организаций тоже оказываются в опасности. Например, в июне в этой части ДРК двух волонтеров, занимавшихся обеспечением питьевой водой, убили вооруженные люди.

Специалисты иногда называют эболавирусную инфекцию «болезнью сострадания», потому что обычно ею заболевают те, кто заботится о пациентах и их телах — родственники, медицинские работники, люди, которые перевозят трупы.

Многие семьи, несмотря на риски и запрет, хотят соблюсти традиции и похоронить своих родных самостоятельно (а значит, в процессе подготовки тела взаимодействовать с биологическими жидкостями, в которых содержится вирус). Это приводит к столкновениям с властями.

Медицинским работникам вирус передается из-за нехватки необходимых средств защиты. В октябре говорили о 301 заболевшем специалисте — 48 из них умерли. Это и местные врачи и медсестры, и сотрудники гуманитарных миссий.

ДРК входит в пятерку беднейших стран мира и нуждается в помощи внешних доноров. Во время самой крупной вспышки эболавирусной инфекции (в 2014–2016 годах) USAID активно участвовала в борьбе с ней. После того как администрация Трампа закрыла это агентство, гуманитарные организации сократили помощь в восточной части ДРК. В результате пострадали и программы мониторинга инфекционной обстановки, обеспеченность больниц необходимым оборудованием и расходными материалами. Сейчас международные доноры планируют выделить на контроль над вспышкой почти три миллиарда долларов (887 миллионов из них — от США). Эти деньги, как мы видим, не помогают остановить инфекцию, но, возможно, сработали бы лучше в качестве профилактики — и тогда удалось бы избежать гибели людей.

Осенью инфекция пришла в новые страны

Изначально было известно о том, что болезнь, вызванная вирусом Бундибуджио, распространяется на востоке страны. В Уганде ее диагностировали позже — двум людям, прибывшим из ДРК. С тех пор в Уганде заболели 20 человек, но с июля новых случаев нет.

С начала октября в Кении болезнь, вызванную вирусом Бундибуджио, диагностировали у девяти человек. В конце месяца заболевание обнаружили у одного человека в Нигерии. Обе страны не имеют общих границ с ДРК.

Кроме того, несколько заболевших эвакуировали в Швейцарию, Нидерланды и Германию. Во Франции заболел человек, работавший в гуманитарной миссии в ДРК и вернувшийся домой.

Но эпидемии в Европе никто не ждет. Врач, специализирующийся на сдерживании тропических болезней, Даниэль Бауш в интервью NPR отметил: «В стране с высоким уровнем дохода не будет крупной вспышки лихорадки Эбола». Именно из-за того, что там достаточно ресурсов на средства индивидуальной защиты, поддерживающую терапию и другие меры борьбы с инфекцией.

Испытания вакцин начались только сейчас. Экспериментальные лекарства используют с лета, но пока неясно, насколько они эффективны

Один из способов взять вспышку под контроль — это отслеживать контакты заболевших и изолировать их. Однако в этот раз такие меры не успели применить достаточно рано. Кроме того, местное население крайне мобильно: люди постоянно перемещаются, уезжая, например, на заработки на золотые прииски, что сильно затрудняет их поиски. В результате даже спустя несколько месяцев взять вспышку под контроль так и не удалось: как выяснилось, свыше 90% заболевших получали вирус от пациентов, о которых медики даже не знали. Так что международному сообществу приходится пересматривать стратегию и искать другие способы борьбы с инфекцией.

Эболавирус впервые обнаружили 50 лет назад — на севере Демократической Республики Конго (тогда она называлась Заиром) во время вспышки неизвестной болезни. Однако впоследствии стало ясно, что причиной распространявшейся инфекции были два разных эболавируса — Заир и Судан. Сейчас в странах Африки распространяется эболавирус Бундибуджио, который впервые нашли в 2007 году во время вспышки в Уганде. Текущая его вспышка — третья по счету из известных.

Хотя об эболавирусе известно с 1976 года, первая вакцина (она направлена на борьбу с вирусом Заир) была одобрена только в 2019 году. Но ее не рекомендовали массово применять во время последней вспышки: вирусы Заир и Бундибуджио родственные, но это не значит, что вакцина против одного подействует против другого. И прививать всех не стали, чтобы у людей не было ложного чувства безопасности — иначе они могли бы пренебрегать точно работающими мерами защиты. Со временем это решение изменили, хотя до сих пор неясно, насколько эта вакцина эффективна против вируса Бундибуджио.

Клиническое испытание, в котором будет изучаться эффективность вакцин, разработанных для борьбы именно с вирусом Бундибуджио, начали только в конце октября. Всего исследуют два новых препарата, разработанных компанией Moderna и Оксфордским университетом. Промежуточные результаты ожидаются в начале 2027 года.

В качестве препаратов, которые могут бороться с инфекцией, решили испытать моноклональные антитела и ремдесивир. Набор участников в исследование начался в июле, но пока нет даже предварительных результатов. В другом клиническом испытании смотрят на то, работает ли экспериментальный противовирусный препарат обелдесивир как профилактика для тех, кто уже проконтактировал с вирусом.