«Мы думали, что нам конец». Как живет прифронтовой город в Йемене, на который наступают хуситы

• • Автор, Наваль аль-Магафи, старший корреспондент по международным делам
  • Место работы, Таиз, Йемен

• Опубликовано 14 минут назад

• Время чтения: 8 мин

Оригинал этого материала на английском языке можно прочитать здесь

«Это первый дрон, — сказал сопровождавший нас солдат. — Обычно за ним следует атака».

Жужжание над головой усилилось; мы укрылись в кустах, а затем снова сели в машину и уехали.

Минут через десять раздались громкие взрывы — удары следовали один за другим, хотя было неясно, куда именно они пришлись.

В горах к юго-западу от йеменского города Таиз трудно определить, где проходит линия фронта.

Поддерживаемые Саудовской Аравией правительственные силы ведут бои, пытаясь оттеснить боевиков-хуситов. Ранее хуситы стремительно продвинулись вдоль побережья Красного моря, взяв под контроль стратегически важный морской проход и тем самым обострив гражданскую войну в Йемене.

Мы отправились вместе с правительственными войсками из Таиза через блокпосты к рубежу, где заканчивается зона их контроля и начинается «ничья земля», чтобы увидеть боевые действия с близкого расстояния.

По склонам разбросаны дома, но многие из них пустуют: семьи бежали, спасаясь от боев. Вокруг пугающая тишина — не слышно ни автомобилей, ни мотоциклов, которые обычно непрерывно снуют по улицам города. Слышно только блеяние скота и звуки обстрелов.

Skip Самое популярное and continue reading

Самое популярное

End of Самое популярное

«На мой участок упали две мины», — говорит Али, сидящий у своего дома в окружении стада коз примерно в километре от линии фронта.

Пропустить Расширение для браузера Chrome - ссылка и продолжить чтение.

Расширение BBC News Russian

Это расширение поможет, если возникают трудности с доступом к сайту Русской службы Би-би-си.

Загрузить расширение

Конец истории Расширение для браузера Chrome - ссылка

Он рассказал мне, что отправил детей в лагерь для перемещенных лиц, поскольку они больше не могли выносить постоянные обстрелы. Сам же он остался с женой и сестрами, чтобы присматривать за скотом.

«Мне очень страшно, — признался он, — но выбора нет: без животных мы все равно умрем с голоду».

Он назвал только свое имя, опасаясь последствий в том случае, если хуситы захватят этот район в ближайшие дни. Источники со стороны хуситов сообщили нам, что они подтягивают войска, готовясь к крупному наступлению. Когда мы спросили об этом правительственные войска, нам ответили, что знают об этом и тоже готовятся.

На ближайшем к линии фронта КПП мы встретили нескольких бойцов, только что вернувшихся с позиций высоко в горах, всего в нескольких сотнях метров от наступающих хуситов. Один из них рассказал, что тела 18 солдат правительственных войск остались в зоне, по которой его подразделение может вести огонь, но не может до них добраться.

«Мы ведем огонь поверх тел, но вынести их не можем», — сказал он.

Бои в окрестностях Таиза активизировались после того, как 10 сентября хуситы захватили стратегически важный порт Моха на побережье Красного моря в 85 км к западу от города. Это произошло после того, как в целом соблюдавшееся на протяжении четырех лет перемирие было нарушено.

Группировка взяла под контроль обширную территорию, возвышающуюся над Баб-эль-Мандебским проливом — ключевым морским путем, соединяющим Европу и Азию. Захват этих территорий способствовал росту цен на нефть на фоне опасений по поводу возможных перебоев в поставках из региона.

Таиз — третий по величине город Йемена и его культурная столица, в нем проживает почти миллион человек. Город расположен на важнейшем перекрестке между районами на севере страны, контролируемыми хуситами, и южными территориями, удерживаемыми правительственными силами, и со всех сторон зажат линией фронта.

Правительственные войска удерживают центр Таиза, позиции хуситов находятся к северу и востоку от него. Наиболее ожесточенные бои в последнее время велись на западных подступах, где стороны борются за возвышенности, с которых открывается обзор на южную трассу, ведущую из города.

Если хуситам удастся закрепиться на этих участках, правительственным силам будет гораздо сложнее отбить Моху.

Skip Подписывайтесь на наши соцсети и рассылку and continue readingПодписывайтесь на наши соцсети и рассылку

End of Подписывайтесь на наши соцсети и рассылку

Мы добрались до Таиза из Адена на юге страны, где базируются признанный международным сообществом Президентский руководящий совет Йемена и правительство. Около 30 блокпостов вдоль маршрута обозначали участки дороги, контролируемые различными командирами, — это явный признак раздробленности сил, сражающихся на стороне правительства.

По мере приближения к городу нас стали обгонять машины скорой помощи. За полчаса мы насчитали как минимум пять машин, направлявшихся к главной больнице Таиза. Стало очевидно: мы въезжаем в город, ставший ареной ожесточенных боев.

Мы прибыли уже после наступления темноты. Магазины были освещены, рестораны переполнены, а на улицах играли дети. Но время от времени раздавались и другие звуки — глухой грохот обстрелов и треск выстрелов, доносившийся с гор, окружающих город.

Таиз стал одним из главных полей битвы в разрушительной гражданской войне, охватившей страну. Вытеснив правительство из Саны в 2015 году, хуситы попытались захватить и Таиз, но были выбиты из большей части города силами местного ополчения.

В ходе своего последнего наступления хуситы наряду с другими видами вооружений активно используют беспилотники.

Их основной поставщик — Иран, который, по данным Саудовской Аравии, западных стран и экспертов ООН, предоставляет оружие, финансирование и военные консультации. Впрочем, сам Иран ранее отрицал поставки оружия хуситам, утверждая, что оказывает им лишь политическую поддержку.

На протяжении многих лет поступают сообщения о том, что хуситы вербуют детей-солдат; один из правительственных военнослужащих рассказал нам, что ему приходилось сталкиваться с ними на линии фронта.

«Трудно смотреть на йеменского ребенка и стрелять в него. Но когда он направляет на тебя оружие, приходится защищаться», — сказал он.

В 2022 году хуситы подписали с ООН «план действий», в котором обязались положить конец этой практике. Би-би-си также пообщалась с подростками, служащими в правительственных войсках.

Между тем коалиция во главе с Саудовской Аравией поддерживает йеменское правительство и поставляет ему оружие. Саудовские военные нанесли сотни авиаударов по позициям хуситов на побережье Красного моря, а хуситы запускали дроны и ракеты по городам и объектам инфраструктуры на юго-западе Саудовской Аравии.

Вечером в больницу «Аль-Тавра» в городе Таиз доставляли раненых с линии фронта; в отделении интенсивной терапии, куда их привозили, все койки были заняты.

Среди пациентов были как бойцы, так и мирные жители. Двенадцатилетняя Гана Набиль пасла коз, когда осколок снаряда попал ей в голову. По словам родных, рядом разорвалась мина, выпущенная хуситами.

Девочка лежала без сознания; ее голова была перебинтована, а лицо — в синяках и отеках. Родственники дежурили у ее постели, гадая, какой станет ее жизнь, если она придет в себя.

Врач сообщил мне, что травма привела к повреждению мозга. «Она уже никогда не будет прежней», — сказал он.

Примерно в 20 км к югу от Таиза, в лагере для перемещенных лиц «Аль-Мониг», среди сотен палаток размещались семьи, бежавшие из Мохи и деревень, охваченных боевыми действиями. Нам сказали, что за последние 10 дней сюда прибыли 200 семей.

Мариам Салех (имя изменено) прибыла неделей ранее из Мохи вместе с мужем и пятью детьми. Самому младшему из них семь лет. Мариам сидела и плела шляпу, чтобы продать ее и купить еду на день.

«Мы шли босиком и ничего с собой не несли, только детей», — рассказала она мне.

По ее словам, во время бегства от осколка мины погиб ее племянник, который шел позади. Она описывает столкновения и снайперский огонь как впереди, так и позади семьи, и рассказывает, что видела вооруженных людей на горе.

«Мы думали, что нам конец», — сказала она. Дети кричали и плакали, но семья продолжала идти.

Марьям рассказала, что жителям Мохи угрожали, когда те пытались вразумить хуситов, ворвавшихся в город. «Уходя, они заминировали местность, чтобы мы не смогли вернуться».

Фатма Мохаммед Салех лежала на пустом мешке из-под риса возле палатки другой семьи. У нее инвалидность, она не может ходить; женщина сказала мне, что ей негде спать: «У меня ничего нет… ни крова, ни матраса, ни семьи. Совсем ничего».

По словам Фатмы, она была вместе с двумя сыновьями и их детьми, когда боевые действия дошли до их деревни. Понимая, что она замедляет их движение, женщина велела сыновьям забрать детей и бежать.

Следующие два дня, по ее словам, ей пришлось передвигаться ползком.

«Я ползла, а вокруг свистели пули и рвались снаряды — то с одной, то с другой стороны. Пули здесь, снаряды там. А над головой грохотало, словно гром. Я молилась Богу».

По ее словам, ее заметил мужчина на мотоцикле и отвез в лагерь. С тех пор она не видела свою семью.

22 сентября Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев сообщило, что с начала месяца в Йемене вынужденными переселенцами стали более 130 тысяч человек — в дополнение к 5,2 млн, покинувшим свои дома ранее из-за гражданской войны.

В организации предупредили, что в ближайшие три месяца еще 100 тысяч таких, как Фатма, могут лишиться крова.

При участии Джасмин Дайер

При первом открытии приложения выберите «BBC News Русская служба» и получайте уведомления о важных новостях, аналитике, видео и подкастах.

Важно: новое приложение недоступно на территории Великобритании и США.